Елена Троянская (kisochka_yu) wrote,
Елена Троянская
kisochka_yu

Дары волхвов - 2 (окончание)

Их годовщина пришлась на обычный будний день – среду или вторник. Поэтому, поутру проснувшись, Марина о своих молениях и думать не помышляла, а умчалась на работу. День выдался на работе нервный, дерганый какой-то, опять-таки не до высоких страданий. Только уже вечером, едучи в метро, Марина вдруг задалась вопросом, подарит ли ей Сережа букет чайных роз, которые она обожала, или опять придется перебиваться ненавидимыми с детства красными гвоздиками. То, что муж про дату не забыл, она была уверена – работа проводилась активная и началась загодя, недели за две.


Дома засуетилась по хозяйству – хотелось приготовить вкусненького, все-таки праздник. Но компьютер автоматически включила: там что-то недописанное висело, рассказ какой-то. Додумать, может, пару фраз набросать. С минутку посмотрела на уже написанный текст, слова не приходили, ну – что за ерунда, нет вдохновения, как говорится, не проблема. Убежала на кухню.

Сережа принес белые гвоздики, что было лучше, чем красные. По крайней мере, на белые гвоздики Марина могла смотреть безо всяких октябрьских ассоциаций. Поужинали, муж пошел к телевизору, а Марина сама не зная зачем, вдруг взяла гитару. Она и раньше это делала иногда. Любила мечтать, как бы они играли вместе с Сережей. Как бы ее, маринины то есть, точеные пальцы красиво смотрелись на грифе. Ладно вам смеяться – что делать – если слуха-голоса не дано, то пусть хоть пальцы хорошо смотрятся.

Взяла она гитару, ущипнула струнку. А потом другую. И вдруг поняла, что она не просто слышит этот звук, который и музыкой-то стать не успел, а чувствует его вкус, видит его цвет. Вот тут если зажать – похолоднее получается, а если эту добавить чуть-чуть – так кисленьким отдает. А поверх – такую пурпурную басовитость.

Марина сидела, обо всем позабыв, и небрежно трогала струны гитары. Нарисовала широкую реку и высокий берег над ней. Добавила запах речной воды, гудки пароходов и крики чаек. Посадила на линию горизонта закатное солнце.

В дверях кухни стоял Сережа:
- Я думал, ты клип какой-то слушаешь...

- Я сама не знаю, как это получилось, просто вдруг... – растерялась Марина.

- Ничего себе – вдруг, - Сережа смотрел удивленно, озадаченно, - я и не знал, что ты умеешь импровизировать. Ты же до от ми не можешь отличить.
- Могу, - неожиданно для себя возмутилась Марина, - вот пойдем к пианино, отличу на спор.

Они пошли в комнату, и Сережа начал нажимать клавиши. Все это напоминало диктанты по сольфеджио, которые Марина ненавидела в музыкальной школе. Сольфеджио, кстати, было единственным предметом в музыкалке, по которому ей ставили тройки, причем из жалости. У нее была очень хорошая беглость пальцев и экспрессия. «Какая экспрессия!» говорила ее училка по специальности, посылая Марину на конкурсы юных пианистов. За это Марине прощали сольфеджио.

- Интересно, - протянул Сережа задумчиво, - похоже у тебя, откуда ни возьмись, объявился абсолютный слух. Но это невозможно...

- Сереж, я хочу тебе сказать одну вещь, - Марина старалась найти слова для объяснения, - вчера я загадала желание. Я попросила дать мне абсолютный слух, а взамен отдала свои способности к литературе.

- Кого попросила? – Сережа смотрел на Марину с нелестным любопытством, - милиционера или президента?

- Я не знаю, кого, - Марина понимала, что все это звучит глупее некуда, - просто попросила того, кто меня создал. Кто бы Он ни был.... Похоже, это сбылось. И не пишется мне сегодня совсем. И фразочки не складываются...

- Ну допустим, - Сережа, видимо, решил не спорить. – Поживем-увидим, может, все еще станет по-прежнему. Но можешь ты мне объяснить, что за дурацкие навязчивые идеи? Зачем тебе абсолютный слух?

- Я очень хотела лучше тебя понимать. Я так устала оттого, что они тебя понимают, а я – как бы нет. Я хотела быть ближе к тебе, понимаешь. У меня больше нечего было отдать, у меня нет ничего. Вот я и предложила обмен. – Марина бормотала, понимая, что Сережу ее новый дар совершенно не радует. – Это должно было быть подарком тебе, понимаешь? Как у Генри «Дары волхвов» - двое дурачков отдали самое свое дорогое, чтобы сделать друг другу подарки...

И тут Марина осеклась. Она вдруг поняла, что это не как в «Дарах волхвов». Сережа и думать не думал менять что-то дорогое на то, чтобы оказаться ближе к ней. Более того, его все устраивало в том, вчерашнем виде. Марина была привычным башмаком, давным-давно растоптанным по ноге. Не всегда удобным, но привычным. Даже ее непонимание подчас было ему на руку: ну какой гений понимаем в семье? Гений должен быть непонят хотя бы женой, иначе какой он, нафиг, гений. Так, смех на палке.

Марине стало нестерпимо стыдно. Она поняла, что ворвалась в мир, куда ее никто не звал. Ее место было вовне, за стеклом, а когда надо – кликнут. Она подумала: «Надо же, я смогла договориться с высшими силами, даже не веря в них. Но я не могу его заставить любить меня...»

Марина осторожно прикрыла за собой дверь квартиры. Единственное, что нам реально дано – это силы вновь и вновь начинать все сначала. Значит, начнем с начала. Она улыбнулась: в ее голове складывались в музыку никем еще не слышанные аккорды.
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 77 comments