November 20th, 2007

everything

Хмурое

У меня сегодня болит горло, стреляет ухо, температура и общий распад личности. А деваться некуда - пришла читать лекцию студентам, потому что клятва Гиппократа профессионализм. Да и фиг с ним, с профессионализмом, мы ж тут не Павки Корчагины. Просто мне сегодня про саксофон рассказывать и на нем же играть, а этого, кроме меня, в колледже никто не умеет. Тоже вру (и что я все вру и вру?) - муж мой умеет, но у него нынче генералы из DARPA. Приехали проверять, как тут ихние деньги осваиваются - растет ли кокос да ловится ли крокодил. Этого крокодила вчерась прямо на моих глазах из фанеры вырезывали и красили. А теперь вот демонстрируют...

Вот и пришлось идти и шептать там что-то в микрофон. Обычно-то от моего голоса до двухсот студентов разом приседают, а то и отжиматься начинают. Хорошая была лекция - хриплый профессор и хриплый саксофон. Вполне сексуально.

Ну иду по кампусу в офис в свой, ползу скорее. С саксофоном, вернее, с двумя - альтом и тенором. А мне в ноги бросается какой-то въюнош, красивый, но въялый, и буклет сует. В глаза смотрит, лепечет невнятно, ну ровно просит чего.

- Вы, - говорит, - зверей любите?
- Люблю.
- А мясо едите?
- Ага.
- Да как же Вы можете! Вы посмотрите на страдания этих свинок и индюшек!

Так, думаю, приехали, вот только тебя мне не хватало...
- А я, - говорю, - не ихнее мясо ем.
Он опешил - мол, чье тогда?
- Да вот студента задеру и его ем, - мечтательно продолжаю я. - Против поедания студентов в Вашем буклете ничего нет?
- Нет, - растерянно отвечает радетель за права свиней.
- Так я Вашей философии не противоречу? - не унимаюсь я.
- Нет, - ответствует потерянный мой.
- Ну вот и славно...
- Нет, постойте, - спохватился он, - и как же это, Вы студентов едите?
- Да мало их, что ли, еще осталось? - постаралась я дословно перевести классика.

И пошла себе дальше. Самочувствие заметно улучшилось.